Российская делегация

Российская делегация25 декабря 1918 г. начало работу Особое подготовительное к мирным переговорам совещание, которое продолжило имперскую линию комиссии. После непростых дебатов управляющий МИД Ю. В. Ключников в итоговом докладе изложил «Общие принципы, на которых участвует российская делегация на мирной конференции»: В частности, она «согласует свою с директивами Российского Правительства в Омске… не ответственна за действия большевиков и все договоры и соглашения, ими совершенные, ничтожны». В докладе отдельным разделом стоял «Россия и славянский вопрос». В нем прозвучали следующие требования: «При определении границ Польши с Россией должны быть приняты в соображение как стратегические, так и экономические и этнографические условия… а) Литва и Белоруссия… не могут быть присоединены к Польше, б) Холмщина должна остаться в пределах России, в) Русь Галицкая и Угорская… должны быть присоединены к России… Западная граница Галицкой Руси должна… соприкасаться со Словачиной».

Принятие «Общих принципов» совпало с кадровыми изменениями: место кадета Ключникова занял бывший царский дипломат И. И. Сукин; главой омского МИД Колчак назначил бывшего царского министра иностранных дел С. Д. Сазонова, сохранившего за собой пост начальника управления иностранных дел Особого совещания при главкоме Вооруженных сил Юга России — генерале А. И. Деникине. Выбор Сазонова был не очень удачен, поскольку он являлся слишком одиозной фигурой для французских демократических кругов. Деятельность антибольшевистских сил на мирной конференции координировало созданное в конце 1918 г. Русское политическое совещание, образовавшее Русскую заграничную делегацию. Сазонов стал рядовым членом этих структур, но их состав и деятельность согласовывались с Колчаком и Деникиным.

Союзники не допустили к участию в мирной конференции РПС, заслушивая отдельные его «суждения». Например, в декларации РПС от 9 марта говорилось: «вопросы, касающиеся территории Российской империи в границах 1914 года, за исключением этнографической Польши… не могут быть решены вне и без согласия русского народа». Вместе с тем управляющий политическим отделом Особого совещания А. А. Нератов обращал внимание Сазонова на стремление союзников «обеспечить… водворение порядка в… России при помощи местных элементов, даже враждебных идее единой России». Правда, Антанта и США готовы были признать правительство Колчака при его согласии с независимостью Польши, и в ноте от 4 июня 1919 г. адмирал подтвердил польский суверенитет, но установление границ между Польшей и Россией отложил до созыва Учредительного собрания. Тем не менее западные державы признали ответ Колчака удовлетворительным, поскольку не одобряли великодержавные устремления Пилсудского.

Похожие записи

  • 27.03.2015 Телеграмма рейхсканцлеру Кюльман в телеграмме рейхсканцлеру, отправленной в тот же день, 6 января 1918 г. , сообщил об украинских делегатах — «сравнительно молодые люди, но проявляют умение и хитрость на […]
  • 27.03.2015 Недопонимание польским руководством О недопонимании польским руководством международной ситуации свидетельствовало выступление в мае 1919 г. на заседании руководства Сейма нового премьер-министра И. Падеревского, […]
  • 27.03.2015 Нота министра иностранных дел Болгарии Нота министра иностранных дел Болгарии Хр. Калфова от 25 августа 1923 г., на наш взгляд, в основном отвечала предъявленным Советской Россией требованиям. Поскольку в последующие годы на […]

Copyright © 2015. All Rights Reserved.