Главный обманщик

Конечно, именно В. Вильсон вскоре очутился в положении «главного обманщика», ибо оказалось, что от провозглашения права на самоопределение до его реализации дистанция столь велика, что при ее прохождении само это право расплывается и едва ли не исчезает вообще. Особенно если это касалось народов, не до конца еще самоопределившихся этнически, живших чересполосно и к тому же небольших по численности, как это было в ряде территорий Восточной Европы и Балкан. Не о такой ли ситуации предусмотрительно писал еще в 1912 г. один из авторитетнейших лидеров реформистской социалистической мысли К. Каутский, обращая внимание на разницу в положении «маленьких несамостоятельных наций, борющихся за свою самостоятельность» и наций «в западноевропейском смысле», т. е., очевидно, находившихся на ином цивилизационном уровне. Для последних, по мнению К. Каутского, определяющим признаком являлся охват населения всей территории государства, т. е. наличие государства-нации.

Что касается первых, то Каутский, по-видимому, уже предчувствовал исчерпание возможностей для малых народов создать такие «идеальные» с точки зрения собирания «всего своего народа» государства-нации ввиду зарождения с наступлением новой эпохи объединительной тенденции среди крупных, ведущих стран европейского пространства, выражавшейся в том числе в лозунге Соединенных Штатов Европы. А потому в годы мировой войны Каутский предлагал относиться к праву на самоопределение очень осмотрительно. Он считал необходимым выставлять некоторые его ограничители и подчеркивал, что требовать государственной самостоятельности для каждой нации значило бы требовать чрезмерного.