Румынский делегат

Второй их недостаток, — продолжал пожелавший остаться неизвестным румынский делегат, — тот, что в то время как наше движение хочет решать по комитату, где румыны находятся в большинстве — а на этом для нас и возможно наше притязание, — в то самое время Яси хочет устанавливать по округу, румыны или мадьяры находятся там в большинстве. После этого весь благожелательный план Яси предстает в ином свете». И далее он пояснил: «…Хотя Яси категорически утверждает, что речь идет только о так называемом временном решении до мирных переговоров, вопреки этому все признаки указывают на то, как будто бы Яси желал окончательного устройства, а именно пришел бы после этого на мирные переговоры и там мог бы ссылаться на то, что своим методом он создал исключительно спокойное положение в румынских местностях, и мог бы требовать то, чтобы это временно установленное устройство утвердили». «Поэтому, — заключил инкогнито, — мы должны требовать то, чтобы немедленно передали искомые двадцать три комитата, на которые притязания Румынского национального совета бесспорны».

На следующий день Ю. Маниу действительно прибыл, но уже перед возобновлением переговоров все тот же член Румынского национального совета уже более определенно заявил корреспонденту «Дели Хирлап»: «Мы ничего не принимаем». По воспоминаниям Яси, все до одного румынские ораторы усматривали в изложенном им плане отклонение ноты румынского национального комитета. Некоторые из них доказывали, что предложенный венгерским министром по делам национальностей временный порядок вряд ли можно будет осуществить, и высказывали опасение, «не возьмет ли вновь верх венгерский феодализм. Затем, —- пишет Яси, — они оспаривали то, что суверенитета также входит в права самоопределения…» Отвечая им, Яси — по — видимому, он чувствовал слабость своей позиции, — «обращал внимание на то, чтобы мы не осложняли и без того тяжелое положение привнесением вопросов о суверенитете, а довольствовались созданием рационального и лояльного временного порядка до мирного конгресса».